Пятница, 19.07.2019, 22:40 
-ZONA- ЭТО САЙТ ПАЦАНСКИЙ А.У.Е -ZONA- ГлавнаяМой профильВыход
Вы вошли как Гость | Группа "Залётный" | RSS
 

 

Купить ссылку здесь за руб.
Поставить к себе на сайт

 

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

tak.ru

 Кто такие козлы,красные в зоне 

Кто такие козлы,красные и активисты в зоне

 

Кто такой козёл на зоне.

«источник zona197 « ht » все права защищены»Это осужденный который состоит на должности у администрации колонии Завхозы (старший дневальный ,старшина,) В зонах по разному администрация их называет .В промзоне мастера (бугор)может кто видел .наколку на пальцах крест с бугром  (значение этой татуировки,смерть буграм)  Самый главный козёл в зоне это комендант.Завхозы мастера получают зарплату от администрации .Завхозы организовывают досуг ,самодеятельность и т.д.

Порядочному арестанту  не приемлемо участвовать в таких мероприятиях которые устраивают козлы и администрация .В каких либо турнирах. соревнованиях т .д .Есть у козлов свои люди для таких мероприятий .а именно это красные в зоне они зарплату не получают в основном работают за поощрения козёл им выписывает или замолвит словечко за них администрации .А также поощряются дополнительными посылками. свиданками .и просто галочками для характеристики на удо .Красные это как правило шерсть ,туда входят шныри ,разные масти .и т.д. Чаще всего козлами становятся бывшие блатные которые по тем или иным причинам были загнаны за косяки в шерсть .

«источник zona197 « ht » все права защищены»

 

«источник zona197 « ht » все права защищены»

 

Козлы встречают этап:

видео:

27 июня 2014 г., 09:44 Он может не дожить до утра. Активист 63-й колонии рассказал о массовых изнасилованиях и пытках, в которых принимал участие «Я готов ко всему, чтобы уничтожить эту систему», – признается заключенный

Этот материал пишется в поезде, по дороге из Ивделя в Екатеринбург. Несколько часов назад корреспондент в составе комиссии из членов Свердловской ОНК, прокуратуры и специалиста аппарата областного омбудсмена вышли из стен знаменитой на всю Россию, наводящей ужас на зэков исправительной колонии № 63.

Нашим собеседником стал один из осужденных – из так называемого «актива» зоны. Он руководил пытками и издевательствами над другими зэками. «Ренегатов здесь не прощают. Но я готов ко всему, чтобы уничтожить эту систему», – говорит он.

«источник zona197 « ht » все права защищены»Возможно, уже сейчас его призывают к ответу. Интервью на тв – единственная гарантия безопасности для бывшего палача, который готов «сломать систему». Подробности – в нашем материале.

– Меня интересует – вы сможете обеспечить мою безопасность в будущем? Ведь пока мы сидим с вами тут, в штабе колонии, у нас на корпусе происходит «движуха». Ко мне уже подходил представитель СДП (секция дисциплины и порядка ) и интересовался, о чем я с вами буду говорить, – сразу же заявил Сергей Леонов.

В ИК-63 он находится с 2011 года. За это время успел изучить все местные правила и порядки.

– Обеспечим, – заявляет ему заместитель ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Алексей Клименко.

– Все, что в наших силах, – со своей стороны отвечает представитель аппарата уполномоченного по правам человека Свердловской области Сергей Санников.

– Честно говоря, я не уверен, однако я продолжу. Меня сюда перевели с ФКУ-14, так называемая Пуксинка. Я сразу же понял, в какую колонию я попал. Но я не привык к каким-то радикальным действиям: не совершаю революций ради каких-либо идеалов. Поэтому поначалу в отношении меня были предприняты, так скажем, «мягкие меры»: в легкую побили меня, пальцами проверили задний проход... Спустя почти год, благодаря хорошему отношению с активом колонии, они вывели меня в коридор «эсдэпэшником».

-Что это означает?

Я на корпусе ЕПКТ, хотя формально находился на строгих условиях наказания, выполнял функции младшего инспектора. То есть я выполнял выводы осужденных из камер, отводил их в баню, каптерку, к медикам... Все что угодно. Двери, естественно, я открывал не ключами, а отмычкой. Младшие инспекторы присутствовали чисто формально: на время каких-то комиссий, проверок или сопровождали персонал, который могут захватить в заложники.

– Как на это реагирует администрация колонии? Ведь вы – «актив», практически выполняете их функции.

– Администрация отдала все на откуп «активистам». Без разницы, какой ценой, но в колонии должно быть тихо, воля осужденных должна быть сломлена. Администрация самоустранилась. За все время нахождения здесь начальника колонии я лично видел только один раз. «Активисты» занимаются оформлением документов осужденных, заполняют их личные карточки, занимаются даже направлениями на УДО (условно-досрочное освобождение ), имеют доступ к компьютерным базам. Я, когда меня сделали «психологом», заполнял психологические тесты за осужденных. «Актив» в той или иной форме есть в каждой колонии. Но только здесь это явление приобрело такие уродливые формы. Так вот, пока я работал «коридорным», мне довелось поучаствовать во встрече этапов (новоприбывших осужденных ). Этим занимается весь актив колонии. Так, я участвовал во встрече этапа 6 марта 2012 года с ИК-14, когда особо жестоко избивали двух осужденных. Одному из них были нанесены тяжкие травмы, от которых он впоследствии скончался. Фамилию я не могу назвать, это не было моей функцией. Затем меня перевели в карантин.

Моя функция была – психолог. То есть я должен был контролировать поведение новоприбывших, а во-вторых – запугивать их. Рассказывая всякого рода байки, басни и так далее. Я вел себя по отношению к ним как последняя скотина.

– Как происходит запугивание?

– Всех новоприбывших в колонию встречают активисты. Актив кричит на них, избивает в легкую. Досматривают личные вещи. А администрация просто наблюдает и вместе с представителями актива высказывает угрозы. Они ходят с выключенными видеорегистраторами и всем видом показывают, что здесь вся власть наша («активистов» колонии). Все сделано так, чтобы новоприбывшие видели представителей администрации и понимали, что к чему.

– Эта процедура ожидает всех новоприбывших?

– Всех!

Порой бывают исключения, но о них мы узнаем заранее. Был один человек, фамилии я сейчас тоже не вспомню. От него прятался весь актив. Нам – рядовым бойцам актива причины не объясняли. Но формально – он работал с кем-то из правозащитников. Поэтому его трогать было нельзя. Он сидел на первом этаже, в камере с видеонаблюдением. И тогда еще коридор просматривался. У нас не было полномочий включать-отключать камеры.

– А сейчас как с видеонаблюдением?

– Карантин на первом корпусе состоит из двух отделений: дневной и ночной блок. По три камеры в каждом. Но не просматривается коридор. То есть по коридору актив может двигаться спокойно, производить издевательства, какие-то физические воздействия на контингент. «Отказников» (осужденные, которые отказываются от сотрудничества с администрацией .) мы вытаскиваем в баню. И там, в душевой начинается «веселье». Чтобы кто-то из осужденных-активистов зашел в камеру, видеонаблюдение отключается. Отдел электронного наблюдения находится там же, за стенкой столовой. Я давал команду, и камеры во всем блоке выключали. Вообще отношение к осужденным дифференцируется. Важно – откуда этот человек. К местным «бродягам», «красным» отношение одно. К тем, кто приехал из-за пределов (Свердловской области ) отношение другое. Они далеко от малой родины, им вряд ли окажут серьезную поддержку. Во-вторых, все-таки особый режим, все друг друга знают. Раньше те, кто сейчас заправляет в активе, блатовали (придерживались «воровских традиций» ), были полностью «черненькие». Сейчас они якобы «красненькие», формально. На самом деле просто приспособленцы. Они не помогают администрации, а выхватывают свое. По приезду того же Доступно только для пользователей  отказался от «воровских традиций», пойдя на сотрудничество с администрацией ). Задача актива в том и заключается, чтобы сломать волю осужденного. Они должны быть готовы на все. Для этого есть много методов. Например, обязательные работы – мойка коридоров. Наша цель как активистов – чтобы он не просто мыл коридор, а чувствовал себя униженным. Для этого мы заставляем его положить мокрую тряпку на пол и на коленях толкать ее до конца коридора. Он как бы прогоняется через строй. Активисты орут на него, выдают ему шлепки. Упертые попадают в баню. Там их ставят на растяжку (держат, растянув, за руки и ноги ), лицом вниз, подложив матрас снизу и сверху. От ударов через матрас мягкие ткани не страдают, следов почти не остается. Когда они теряют сознание, их обливают водой. Удары наносят палками, руками, киянками. Получается довольно чувствительно для внутренних органов. Вплоть до того, что у «пациента» непроизвольно происходит дефекация.(акт опорожнения прямой кишки, т.е. выделение каловых масс через задний проход сложный рефлекторный процесс, регулируется центральной нервной системой) Если на человека не действует физическое воздействие, ему угрожают сексуальным насилием. Но вы же понимаете, что в уголовной среде это не обязательно изнасилование. Чтобы попасть в «петушатник» (стать «опущенным» ) достаточно контакта с половыми органами. Меня не очень устраивала «должность» коридорного. В конце концов удалось стать «психологом»

«источник zona197 « ht » все права защищены»– Что это значит?

– Я отвечал за психологическую работу с новоприбывшими в карантине. Я уже говорил про то, как травил им страшные байки. Кроме того, я обучал осужденных жить по «легенде». Все понимают, что здесь ПВР (правила внутреннего распорядка колонии ) – фикция. Поэтому я заставлял осужденных учить вместе с ПВР еще и «легенду» – такие правила, которые они должны были рассказывать комиссиям при проверках: чем и когда их кормят, когда водят в баню, какие работы они якобы выполняют. Заставлял их учить как стихотворения имена всех сотрудников колонии. Когда «работали» в бане, то в мои обязанности входило быть «хорошим полицейским». Пока остальные избивали осужденного, я говорил с ним по-доброму, чтобы он отказался от своих убеждений. Могу рассказать последний случай. Я принимал непосредственное участие в пытках осужденного Павла Неупокоева, известного как Пашка Америка. Он недавно прибыл к нам этапом. Мы заранее получили команду «сломать» его. Я был заранее предупрежден, что в печени у него инородный предмет – гвоздь, который он сам себе вогнал, опасаясь пыток. Поэтому мы понимали, что он в любой момент может умереть. Но мы получили команду «сломать» его любой ценой, даже ценой жизни. Мы избивали его в ОСУОН-2( В некоторых колониях Свердловской области отряды строгих условий отбывания наказания ), обмотав матрасами. Старались просто не бить по печени. Когда я видел, что он начинал терять сознание, мы обливали его холодной водой. Там специально всегда стоят несколько тазиков с водой. Все это продолжалось часа четыре. Но он оказался крепким и выдержал физическое насилие. Тогда стали угрожать ему сексуальным насилием. Раскрыли ему рот и угрожали половым членом. В итоге он подписал отказ от адвоката и помощи правозащитников. Написал заявление, что члены ОНК (Общественная наблюдательная комиссия (ОНК) — один из 83 региональных общественных органов в России, контролирующих соблюдение прав человека в местах принудительного содержания соответствующего региона)подбивали его к бунту. Написал явки с повинной. Придумал эпизод от балды, что ограбил автостоянку в Красноярске. Нам не было важно, чтобы он рассказал о реальном преступлении. Необходимо было унизить его морально, сломить волю. Сейчас эти заявления где-то в оперативной части колонии. Они нужны просто для констатации факта. После этого он дважды пытался покончить с собой. 16 июня я сам снимал его с простыни, на которой он пытался повеситься. Тогда я понял, что больше не хочу совершать преступления по протекции администрации. 21 июня я попытался привлечь внимание к обстановке в колонии. Я решил, что той соломинкой, которая сломает хребет этому верблюду, будет убийство, которое я совершу на камеру видеофиксации. В качестве жертвы я избрал осужденного Доступно только для пользователей Бушенкова, у меня как раз был с ним конфликт. В период с 12:00 до 13:00 я попытался убить его. В качестве оружия использовал трехмиллиметровую проволоку, которую выдрал из пластиковой ячейки для яиц в холодильнике. Я намотал ее на руку, а конец заточил. Этим оружием я нанес несколько ударов в область сердца и глаза. Но моей жертве повезло. Он выжил, более того, еще и глаз не пострадал.

– Зачем вы решили все это рассказать?

– Меня настолько не устраивает колония, что я готов даже оказаться в «петушатнике», лишь бы сломать эту систему. Такие колонии убивают в людях последнюю возможность исправиться. Я готов ко всем последствиям своих заявлений. Готов к тому, что вечером со мной будет разбираться «актив». Но я надеюсь, что следственный комитет обратит внимание на мой рассказ,

– закончил свое повествование Сергей Леонов.

Со своей стороны, редакция просит правоохранительные органы принять этот материал в виде официального заявления. При необходимости редакция может передать следователям видеозаписи с информацией о преступлениях. Заместитель ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Алексей Клименко заявил

 

 

Кто такие обиженные в зоне

 Кто такая шерсть

Кто такие барыги

Вход на сайт

Поиск

Мини-чат
 
300
Статистика
Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru Тиц и pr сайта


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
IGORDR(43)
Copyright MyCorp © 2019